«Ангел-истребитель» (все же правильнее — «Ангел истребления», это же не самолет) насыщен одновременно и почти сюрреалистическим сарказмом, и эсхатологическим трагизмом в отношении судеб современной буржуазной цивилизации. Бунюэль поступательно, по мере развития сюжета показывает, как чрезвычайная, почти
На протяжении трех десятилетий Бунюэль сидел на крыльце своего абсурдистского мироздания и отстреливал священников, политиков, буржуа, аристократов. Бедолаги падали с воплем и негодованием — в ответ раздавался лишь злорадный смех над уловом, который режиссер — по собственным словам любивший коктейли, — омывал
Этого фильма не найти почти ни в одной подборке. Он ушел в анналы истории. И если вы читаете мою рецензию, вы просто уникум, который один в год на всей планете решил его посмотреть) Фильм, кстати, с офигенной идеей. Я бы с удовольствием посмотрела римейк с современными классными актерами.
Что может сковать благоразумного и рационального человека по рукам и ногам? Какая магическая сила может заставить уважаемых господ остановиться перед открытой дверью, если им нужно уйти? Единственный верный ответ: вежливость. На невидимом барьере в человеческом сознании Бунюэль умело завязывает всю фабулу
Луиса Бунюэля помотало по миру. Родился в Испании, молодость провёл в Париже, потом вернулся в Испанию. Но не задержался надолго, — из-за гражданской войны пришлось бежать в Америку. Обосновался в США, хотел работать в Голливуде, но так и не смог туда устроиться. Хотел вернуться в Париж, но сделал остановку
Часто ли вы задерживались в гостях когда вроде бы ваше личное бытие говорило вам, что пора сматывать удочки? Луис Бунюэль показывает, что лучше уйти вовремя и тем самым не придвигать бурю внутреннего негодования на других, как бы отравляя общество своим отсутствующим присутствием.
Пожалуй, нет такого человека, кто хоть раз бы не встречался с так называемыми навязчивыми состояниями — кто-то старается ходить по полоскам на пешеходном переходе, другой пользуется турникетом только с одним определенным номером, а третий, смотря на остальных, крутит пальцем у виска, но на всякий случай
Что делает с нами лицемерие! Словно маска, скрывающая под собой диких зверей. Если медведя одеть во фрак, он будет выглядеть стильно и галантно, но также и останется медведем. Красивая видимость, а под ней суть безобразия и аморальности. Одно довольствование этой красивой обложкой лицемерия, позволяет
Все фильмы которые я смотрю, я стараюсь запоминать по их основных моментах, которые откладываютсья в пам`яти, и одновременно интерпретируя для себе их понимание. Этот фильм не есть исключением, и как оказывается проинтерпретировать можно его довольно просто. Поэтому постараюсь быть максимально лаконичным.
Тончайшая пленка, отделяющая сон от яви, похожая на едва различимую пленку слезной жидкости на глазу, защищающая от иссыхания, не дающая тем самым потерять внутреннее зрение, полностью ослепнуть, как вживленная спасительная линза. Тонкая, сюрреалистичная пленка — защитная стена, выстроенная между фантасмагоричным
Чем отличается назойливая муха от сонной ? Назойливая не даёт человеку умереть, приводя его в движение и вырабатывая в нём терпение и смирение. А сонная — это тонкая линия между объятием Морфея и царством Аида. Так вот, фильмы Луиса Бунюэля, в хорошем смысле слова, как назойливые мухи лезут в глаза,
После похода в театр группа утонченных и возвышенных в своих манерах людей отправляются на ужин в дом к своему общему другу. Там в свою очередь во всю идет подготовка к приему гостей, прислуга почти закончила свою работу, еще минута и гости переступят порог дома в который их радушно пригласили. Ужин
Луис Бунюэль, конечно, красавец. Так постебаться над аристократическими ритуалами нужно было еще постараться. Видимо автора многое достало и вызывало нетерпимое раздражение. С упорностью сапера ищущего мину, постановщик картины старается развенчать как можно большее количество условностей и ритуалов,
Сеньор Эдмундо Нобиле и его почтенная жена Люсия с нетерпением ждут гостей в своем особняке на улице Провидения. Все уже практически готово к проведению мероприятия, но воздух вокруг окутан предчувствием чего-то загадочного. Прибывшие гости вовсе и не собираются уходить, некая неведомая сила удерживает
В особняке, расположенном на улице Провидения и принадлежащем Эдмундо Нобиле (Энрике Рамболь) и его супруге Люсии (Люси Гальярдо), полным ходом идёт подготовка к званому ужину. Приглашено два десятка гостей. По мере приближения запланированного приёма среди прислуги растёт неосознанное чувство тревоги.